В Уэльсе времен раннего средневековья доминировало три королевства: Гвинедд на севере с королевской резиденцией в Аберфрау на острове Англси, Дехьюбарт на юге со столицей Диневуре и Поуис на востоке со столицей в Пенгверне (к последнему относилась область Эли). На протяжении долгих веков их жители должны были отражать нападения англосаксов, теснивших валлийцев с востока. До наших дней дошли отрывки из утерянной саги о Кинддилане, владыке Пенгверна под Шрусбери, который жил вначале VII века и погиб в бою с англичанами. Тоскливые речи, из которых, по видимому, состояла вся сага, вложены в уста Хеледд, сестры Кинддилана, которая оплакивает смерть своего брата. Мои стихи ни в коем случае не являются переводами старинных строк. Несмотря на наличие валлийского текста и его буквального перевода, мне бы не хватило мастерства выполнить такую работу. Стихи написаны по мотивам саги, и на большее не претендуют. Даже от буквального перевода, когда я его читал, веяло невыразимой грустью и очарованием, да и само то, что в поэме отважного короля оплакивает не возлюбленная, а сестра (почему-то про скорбь матерей и сестер погибших в мировой литературе очень часто забывают) произвело на меня странное, неизгладимое впечатление. В память о давних событиях, случившихся в далеких западных землях, в память о принцессе Хеледд и Кинддилане, предоставляю на суд читателя свои наброски…
І
Плачет серое небо. Холодные капли
Превращают листву на ветвях в изумруды,
И тоскливо стенают озерные цапли…
Горек день пораженья… Захочу – не забуду…
Шла война… Я вестей ожидала с тревогой…
Брат разбил англичан, пересекших границу,
Но и наших людей оставалось немного -
Десять конных, и сотня простых пехотинцев.
Тут гонец прискакал, и воскликнул «Жестока
Наша участь! Британцы, взносите молитвы!
К англичанам подходит подмога с востока,
Их – не счесть… Ну а мы – только вышли из битвы…
Затупилось оружье, изранены люди,
Захотим отступать – непременно догонят…
Кинддилан, наш король! Мы тебя не осудим,
Ты успеешь уйти на коне от погони»!
Вся дружина ждала Кинддилана решенье…
Он стоял, и на меч опирался устало…
И промолвил спокойно: «Дадим им сраженье!
Так бывало и раньше… Бежать – не престало».
Не дрожал, закаленный средь подвигов ратных,
Как всегда улыбался в предчувствии боя,
В жаркой сече разил англичан кровожадных,
И, сражаясь, погиб… Так, как должно герою…
Ураган налетает, и ливень жестокий
Бьет нещадно в лицо, небо молния режет…
Что мне дождь? Что гроза? Я на башне высокой
Жду его возвращенья… Пусть без всякой надежды…
ІІ
Я слышу крики орлиные
Над полем, где пал Кинддилан…
Им угощенье обильное
Досталось от англичан.
Рады орлы из Эли
Множеству мертвецов…
Пенгверн осиротелый
Встречает крылатых гонцов,
Слышит пернатых глашатаев –
– Вестников злой беды…
Рады орлы хохлатые
Отведать страшной еды…
Пируют они над павшими,
Терзают когтями плоть,
Что им страданья наши?
Смогу ли страх побороть
Спугнув трупоедов мерзких
На поле брани пойти,
И, среди тел истерзанных,
Милого брата найти?
Смогу ли без содрогания
Ему посмотреть в лицо…
Слетаются птицы Пенгверна
К убитым со всех концов…
ІІІ
В опустевших покоях я осталась одна,
Ночь окутала землю, но мне – не до сна,
Ветер, в замок ворвавшись, задувает свечу,
Я немного поплачу, а потом замолчу…
Брат погиб… Я живу… Где и силы нашла?
Видно, Бог сохраняет мой разум от зла.
Но в душе поселилась отныне моей
Скорбь – извечная спутница смертных людей…
Днем мне легче… Но темной ночною порой
Тени прошлого вновь предстают предо мной…
Был наполнен огнями и музыкой зал,
Брат-король на престоле своем восседал,
Принимал благородных и знатных гостей,
И беседовал с юной сестрою своей,
О делах государства, о простых пустяках,
И сияли улыбки на наших устах.
Как забыть мне про наши ночные пиры?
Мы дружинникам храбрым дарили дары,
Пилигримов святых принимали не раз,
Угощали их щедро в обмен на рассказ,
Про далекие земли, про тайны морей,
Про деянья монахов и былых королей.
Приближенье несчастья кто бы мог предсказать?
Брат и раньше, бывало, уходил воевать,
Но всегда побеждал чужеземцев лихих,
Возвращался… Играя на арфах своих
Барды песни слагали в честь великих побед…
Все минуло, прошло… Ничего больше нет…
Ни веселых пиров, ни бесед у огня,
Брат навеки ушел… Брат оставил меня…
Сердце рвется на части, но я не кричу,
Лишь немного поплачу, а потом замолчу…
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Публицистика : Архимандрит Даниил (Сарычев) - Девятова Светлана 8 сентября 2006 года в 22 часа 45 минут мирно отошел ко Господу старец Даниил, старейший насельник московского Донского монастыря архимандрит Даниил (Сарычев).
В конце апреля 2006 года мне посчастливилось встретиться с архимандритом Даниилом. (К старцу Даниилу уже почти никого не пускали, после болезни он был очень слаб.) К весне 2006 года книга о православных старцах уже была сдана в московское издательство «Артос-Медиа», мы приступили к работе над второй частью о православных старицах. Рассказывая о схимонахине Любови, мы планировали упомянуть и о том, что блаженная старица Любовь в 1995 году встречалась с архимандритом Даниилом, хотелось немного рассказать и самом старце Данииле. Отцу Дмитрию Шпанько удалось договориться о встрече, но в самый последний момент встречу отменили, но дозвониться до меня и сообщить об этом не смогли, поэтому 30 апреля я приехала в монастырь (заранее), но в назначенный час никого не встретила. Я долго молилась у раки Святителя Тихона, и уверена, что именно по молитвам святого, спустя 2 часа попала в келью старца Даниила, где, по милости Божией, удостоилась получить благословение великого старца, и разделить праздничную трапезу с ним и его духовными чадами.
Нужно признаться, что за три дня до этого, во время обострения язвенной болезни, я не могла вообще принимать пишу, укрепляла себя лишь святой водой, просфорой, да монастырскими сухариками. Старец Даниил благословил есть вместе со всеми, по послушанию съела всё и исцелилась. (В тот день вечером я ждала очередного приступа боли, но всё прошло, на утро я могла уже кушать всё спокойно.) Слава Богу, за всё!
Вечером 21 сентября 2006 года, когда очерк о старце Данииле был в основном готов, внезапно наступило полное изнеможение - долго молилась лёжа, когда силы начали возвращаться, встала, подошла к шкафу с иконами и ощутила благоухание. Благоухала в правом нижнем углу бумажная икона Донской Божией Матери, купленная примерно в конце1991- начале 1992 года в Донском монастыре. (На обратной стороне иконы было написано –«400 лет основания Свято-Донского Ставропигиального монастыря (1591-1991г.г.)». Эта бумажная икона и Курская-Коренная икона Божией Матери «Знамение» (которую мне удалось в своё время приложить к чудотворной иконе), чудом уцелели во время пожара в 1995 году, когда от зажжённой свечи сгорели у меня дома на полке даже иконы приклеенные к деревянной основе. Взглянув на обратную сторону иконы, я вспомнила, как пятнадцать лет назад впервые пришла в Донской монастырь и подошла, как и все верующие, находящиеся около храма, к старцу Даниилу, который только что вышел из храма (в это время многие верующие устремились к нему и стали просить благословения). Благодарю Господа, что удостоилась встретиться со старцем Данилом вновь весной 2006 года.
Теология : Дневник по книге пророка Иоиля - Николай Погребняк Сия книга не является ни теологическим исследованием, ни сборником проповедей – это дневник. Хотя книга пророка Иоиля и не велика по объему, но глубина Божьих откровений в ней потрясающа.
